Коэффициент монетизации экономикиВ нашей стране в последние годы снова активизировалась дискуссия вокруг проблемы монетизации экономики и заниженной величины против желательного оптимума и против значений у благополучных стран коэффициента монетизации экономики в России. Примечательной особенностью этой дискуссии является то обстоятельство, что специалисты используют ее главным образом для обоснования идеи о необходимости активизации Центральным банком денежной эмиссии как средства финансирования инвестиций для ускорения роста экономики России. Ссылка на высокое значение коэффициента монетизации у многих развитых стран и некоторых других стран современного мира фактически заменяет в дискуссии концептуальное обоснование безвредности и даже особой полезности денежной эмиссии.

Рассмотрим проблему коэффициента монетизации для нашей страны и покажем, где тут скрыты причины ошибочного подхода.

Прежде всего обратимся к определению коэффициента монетизации как экономической категории. В общепринятом значении коэффициент монетизации — это отношение агрегата денежной

массы в широком понимании к величине номинального ВВП страны. В недавнем основательном исследовании природы и методов исчисления коэффициента монетизации отмечается: «Коэффициент монетизации рассчитывается как отношение среднегодовой денежной массы к номинальному валовому внутреннему продукту. Обратным по значению к коэффициенту монетизации является показатель скорости денежного обращения, рассчитываемый как отношение номинального валового внутреннего продукта к среднегодовой денежной массе» [1] .

Трактовка коэффициента монетизации как величины, обратной скорости денежного обращения, отсылает нас к вытекающему из классического уравнения обмена (МУ — РО) [2] показателю, известному как «коэффициент Маршалла». Данный показатель, выражающий отношение денежной массы к валовому доходу, ввел А. Маршалл, предложив свой вариант уравнения обмена, получившего впоследствии название «кембриджская теория». В развитие классического уравнения, в котором рассматривалась только функция денег как средства обращения, в кембриджской теории внимание акцентировалось не на платежах по сделкам, а на склонности к сбережению денег.

Формула коэффициента Маршала выглядит так:

М = кРУ,

где М — объем денежной массы в обращении; к — коэффициент Маршалла; Р — средний уровень цен на товары; У — физический объем валового национального продукта.

Из этого уравнения получалась формула названного коэффициента: к — М / РУ. Коэффициент к — это та часть ВВП, обозначенная как У, которую население сохраняет в ликвидной форме наличных денег. Ее назвали коэффициентом сбережений, и он обратно пропорционален скорости обращения денег по доходам: У= 1 /к.

При анализе уравнения обмена и входящего в него коэффициента важно учитывать, что подразумевали исследователи под показателями. У Маршалла речь идет о количестве наличных денег, которые в те времена ассоциировались с золотом (вспомним Закон Р. Пилля от 1844 г.). Основания так полагать дает понимание Маршаллом предложенного им коэффициента, посредством которого он предпринял попытку найти объективное обоснование той величины денежной массы, которая формировалась в ходе хозяйственной деятельности. По утверждению Маршалла, эта величина образуется в результате того, что экономические агенты выбирают определенную часть своего дохода, которую они хотели бы постоянно иметь в форме всеобщей покупательной силы, т. е. денег. Они делают этот выбор путем «сравнения выгод от увеличения резервов наличности с выгодами от возможного использования этих денег для покупки какого-либо товара или для вложения в предприятие или ценную бумагу на фондовой бирже» [3]. Похожие предположения выдвигал Кейнс, когда обосновывал предложенное им «предпочтение ликвидности».

Приведенные соображения Маршалла и Кейнса позволяют выдвинуть гипотезу о том, что оба классика имели в виду наличные деньги, т. е. деньги в роли средства расчетов, готовые в любой момент выступить в качестве орудия платежа. За отсутствием прямых указаний, мы не можем твердо быть уверены в том, подразумевали ли авторы также какие-либо виды кредитных денег того времени. Но поскольку они ведут речь именно о наличных деньгах, появляется основание полагать, что оба классика не включали в описываемую ими величину денежной массы срочные депозиты и облигации. Это означает, что они рассматривали для своего времени в качестве денежной массы ликвидные деньги, которые непосредственно участвовали в расчетах. В наше время такие деньги образуют агрегат М1. Отложим пока этот вывод и обратимся к современной трактовке коэффициента монетизации.

Российский специалист в области финансов в своей работе уделил специальное место вопросу монетизации экономики, используя подход МВФ в качестве отправного пункта. Об этом говорится так: «Для расчета денежной массы при оценке монетизации

берется показатель (Money + Quasi Money), рассчитываемый МВФ в международной финансовой статистике (International Financial Statistics Reeports). С конца 2000-х гг. произошел переход в расчете денежных агрегатов к показателю Broad Money, адекватному по величине показателю (Money + Quasi Money). Указанные показатели используются как взаимозаменяемые в длинных финансовых рядах в зависимости от того, перешла ли конкретная страна на новый статистический формат. По узкой группе стран (еврозона и страны, отчитывающиеся по ее форматам) используется показатель М3 (наиболее близкий к Broad Money или (Money + Quasi Money)» [4] .

В названной книге представлены таблицы, отражающие распределение в одном случае 19 развитых и 79 развивающихся стран в 2004 г. в другом — 15 развитых и 103 развивающихся стран в 2009 г. по уровню монетизации экономики на основе значений коэффициента монетизации, рассчитанных в соответствии с отмеченной методологией МВФ.

Обширный массив представленных значений указанного коэффициента используется для разного рода суждений о характеристике финансовой сферы соответствующих стран. При этом выстраивается достаточно очевидная закономерность: для развитых стран в 2009 г. характерно высокое значение коэффициента монетизации, превышающее 60%, в то время как для большинства развивающихся стран характерно значение показателя ниже этой величины. Указываются и другие аспекты финансовых систем стран, так или иначе связанные с высокими или низкими значениями коэффициента монетизации [5] .

Безусловно, подобные суждения представляют определенный интерес для специалистов в области экономики и финансов, однако сам принцип сопоставления разных стран по величине коэффициента монетизации в данной трактовке не позволяет судить о них в категориях первенства и отставания, успешности или наличия проблем. Короче говоря, без специальных указаний на строение и состояние экономики и финансов той или иной страны, на присущие ей в этих областях особенности не следует расценивать коэффициент монетизации ее экономики как достаточную характеристику степени благополучия этой экономики и финансов.

В частности, было показано, что в 2009 г. значение коэффициента монетизации выше 200% присуще Гонконгу, Японии и Ливану; значение в пределах 150—200% присуще Великобритании, Швейцарии и Китаю; значение в пределах 100—150% присуще еврозоне, Австралии, Канаде, Новой Зеландии, Сингапуру, а также Барбадосу, Иордании, Малайзии, Маврикию, Марокко и Таиланду; значение в пределах 80—100% присуще США, Израилю, а также Алжиру, Багамам, Бахрейну, Бразилии, Брунею, Чили, Индии, Южной Африке, ОАЭ, Вьетнаму, Венгрии; значение в пределах 60—80% присуще Республике Корея, Чехии, Дании, Швеции и группе из 14 развивающихся стран; значение в пределах 40—60% присуще России и еще 32 развивающимся странам, среди которых Бангладеш, Гаити, Гондурас, Индонезия, Ирак, Казахстан, Монголия, Мексика, Румыния, Сербия, Турция, Украина, Латвия, Литва, Польша; значение в пределах 30—40% характерно для группы из 13 развивающихся стран; значение в пределах 20—30% — для группы из 18 развивающихся стран и, наконец, значение в пределах 10—20% — для группы из шести развивающихся стран [6] .

Совершенно очевидно, что когда одинаковые показатели характерны для Великобритании и Китая, для США и Венгрии, для Швеции и Албании, для России и Никарагуа, возникает вопрос относительно обоснованности сравнения по выбранному критерию.

Не претендуя на исчерпывающие объяснения, обратим внимание на те важные моменты, которые грамотные экономисты должны учитывать при сравнении разных стран по коэффициенту монетизации. Почему, например, у Китая образовалось высокое значение коэффициента монетизации? Очевидно, что финансовая система Китая еще не так высоко развита, как в Великобритании. Можно полагать, что одна из причин большой величины коэффициента монетизации у Китая — высокая доля сбережений населения в Китае, которая обеспечивает соответствующее значение показателей денежной массы для Китая, поскольку население держит свои сбережения главным образом в виде банковских вкладов. Следует также понимать, что рост масштабов применения банковских карт приводит к широкому использованию работающим населением Китая депозитов до востребования и других счетов в банках. Большая доля сбережений в доходах населения в Китае во

многом продиктована стремлением накопить на старость вследствие отсутствия всеохватывающей пенсионной системы.

Обратимся к особенностям финансовой системы США. В этой стране государство удерживает долю налоговых поступлений в государственный бюджет в размере 30% ВВП. Остальное распределяется институтами финансового рынка, и здесь необходимо отметить преобладающую роль на финансовом рынке США институциональных инвесторов: накопительных пенсионных фондов, страховых компаний и инвестиционных фондов, на которые приходится примерно три четверти доставшихся финансовому рынку средств после налоговых изъятий, в то время как банкам и другим кредитным учреждениям достается меньше оставшейся четверти. Об этом уже шла речь ранее в этой книге. Например, в 2015 г. депозиты американских домохозяйств в кредитных учреждениях страны составляли всего 15,2% финансовых активов, которыми обладали домохозяйства в том году. Остальные активы население держит в разных других институтах и инструментах. Соответственно коэффициент монетизации в США получается меньше, чем у многих других развитых стран. Очевидно, что при особых условиях строения финансового рынка США их коэффициент монетизации не следует непосредственно сравнивать с аналогичным показателем других стран.

Особо необходимо сказать о России. В нашей стране за вторую половину XX в. несколько раз проводились денежные реформы, в результате которых граждане теряли значительную часть своих сбережений. В новейшей истории России, после распада СССР, произошло несколько финансовых потрясений, результатом которых становилась потеря или обесценение сбережений, и населению приходилось начинать заново накапливать деньги. Шоковая терапия 1992—1993 гг. уничтожившая накопления практически полностью; дефолт 17 августа 1998 г. и последующая четырехкратная девальвация рубля; кризис 2008 г. и девальвация рубля весной 2009 г.; падение цен на нефть и девальвация рубля в 2015—2016 гг. — вот основные вехи этого процесса. Результат — невысокое значение агрегатов М2 и М3 в России из-за небольшой величины банковских депозитов и других сбережений. Отсюда у России небольшая по сравнению с многими развитыми странами величина коэффициента монетизации экономики.

Если принять во внимание отмеченные для России соображения, по-другому станут восприниматься призывы некоторых оте-

чественных экономистов к Банку России активнее использовать денежную эмиссию в качестве чуть ли не главного средства создания крупных инвестиций и их направления в различные сектора экономики для решительного ускорения роста экономики страны. Будет ли искусственно созданный массив денег адекватной заменой утраченных накоплений, обеспеченных в свое время вещественным содержанием?

Подчеркнем, что активно используемое в последние годы в качестве стимулятора роста экономики в США, ЕС, Японии «количественное смягчение», отнюдь не воспрещается применять в России как эффективное средство стимулирования роста экономики. Это требует продуманного подхода, аккуратности и осторожности во время реализации, но отнюдь не нуждается в оправдании посредством ссылки на низкую величину коэффициента монетизации.

На этом можно было бы и остановиться, но остаются еще некоторые соображения, которые заслуживают быть высказанными.

Целесообразно ли восполнять недостаток денежных средств в экономике России, сложившийся вследствие низкой величины сбережений, посредством денежной эмиссии Центрального банка?

Указывает ли невысокое значение коэффициента монетизации кроме России еще у десятков развивающихся стран на то, что этим странам также нужно активно использовать печатный станок для стимулирования роста их экономики?

Не следует ли России обратить внимание на денежные ресурсы, покинувшие страну в ходе оттока капитала за время рыночных преобразований, и предпринять усилия для их возвращения?

Наконец, правильно ли измеряется сам коэффициент монетизации, может быть, его нужно рассчитывать по-другому?

Хотя мы ранее уже рассматривали в этой книге понятие денежной массы, чтобы не было разночтений, приведем толкование компонентов денежной массы в России, как оно изложено в публикации Центробанка.

«По степени срочности выделяются денежные агрегаты МО, М1, М2:

Наличные деньги в обращении (денежный агрегат МО) — наиболее ликвидная часть денежной массы, доступная для немедленного использования в качестве платежного средства. Включает банкноты и монету в обращении.

Денежный агрегат (М1) — это сумма наличных денег в обращении и остатков средств нефинансовых и финансовых (кроме кредитных) организаций и физических лиц на расчетных, текущих и иных счетах до востребования (в том числе счетах для расчетов с использованием банковских карт), открытых в банковской системе в валюте Российской Федерации, а также начисленные проценты по ним.

Денежная масса (денежный агрегат М2) — это сумма наличных денег в обращении и остатков средств нефинансовых и финансовых (кроме кредитных) организаций и физических лиц на расчетных, текущих и иных счетах до востребования (в том числе счетах для расчетов с использованием банковских карт), срочных депозитов и иных привлеченных на срок средств, открытых в банковской системе в валюте Российской Федерации, а также начисленные проценты по ним. Таким образом, денежный агрегат М2 включает наличные деньги в обращении и безналичные средства» [7] .

Далее отмечается, что в состав денежного агрегата М2 не входят депозиты в иностранной валюте.

Обращает на себя внимание то, что с советского времени и по сей день для органов кредитно-денежного регулирования имеет принципиальное значение деление денежных средств на наличные и безналичные, хотя в наше время важнее другие критерии.

Комментируя приведенные определения Центробанка, следует ради упрощения и доступности для понимания перечисленных агрегатов отметить следующее. Принято делить денежную массу на три агрегата. Агрегат МО состоит из наличных средств в национальной валюте, т. е. это напечатанные рубли и монеты. По традиции считается, что это наиболее ликвидные деньги, хотя в наше время, при возможности проводить расчетные операции с банковских счетов через карты и другими способами за считанные минуты, нужно шире трактовать понятие ликвидности. После прибавления к агрегату МО показателей денежных средств на расчетных, текущих и других счетах, с которых ведут расчеты физические и юридические лица, получится агрегат М1. Тогда мы можем констатировать, что агрегат М1 состоит из тех денежных средств, которые используются для ведения расчетов. Это дает основания считать, что именно этот агрегат следует использовать для характеристики количества денег, непосредственно обслуживающих хозяйственную деятельность в стране. Здесь еще раз уместно отметить, что прогресс ведет к сужению пространства использования

наличных денег за счет их вытеснения платежами с банковских карт и посредством других платежных систем.

Теперь прибавим к агрегату М1 средства на срочных счетах и в подобных им инструментах. Тогда мы получим агрегат М2. Наконец, если к показателю М2 прибавить средства на счетах в иностранной валюте, получится агрегат М3.

Обратим внимание на то, что используемые для исчисления коэффициента монетизации агрегаты М2 и М3 состоят из двух разных по содержанию категорий: М1 — это категория потока, к которой прибавляются срочные вклады в национальной валюте (получается М2), а также вклады в иностранной валюте (получается М3), представляющие собой категорию запаса. Важно принимать во внимание то, что средства на срочных счетах работают в денежном хозяйстве иначе, чем средства на текущих и расчетных счетах. Для США отметим здесь практическое применение для исчисления коэффициента монетизации агрегата М2, поскольку в США ресурсы иностранной валюты, имеющиеся в стране, составляют весьма небольшую величину и при данных расчетах ими можно пренебречь. Кроме того, значительная величина наличных долларов (по разным оценкам, 600—800 млрд долл.) обращается вне США и должна быть исключена при вычислении коэффициента монетизации этой страны. Правильно ли складывать поток и запас и далее работать с полученной суммой как однородной величиной? Со срочных счетов не проводятся платежные операции, они предназначены для накопления и трансформации в инвестиции. Прямое арифметическое сложение этих средств со средствами, предназначенными для проведения расчетов, являет собой необычную операцию.

Представляется интересным попробовать взять для исчисления коэффициента монетизации агрегат М1, поскольку в него включаются только те деньги, которые используются для расчетов и таким образом непосредственно обслуживают хозяйственную деятельность в ходе производства ВВП.

Подчеркнем то обстоятельство, что М1 — это ликвидные деньги, обслуживающие расчеты в ходе хозяйственной деятельности. Это деньги в наличии, которые имеются здесь и сейчас в распоряжении участников системы экономики.

В отличие от них срочные вклады, путем прибавления которых к М1 образуется М2, — это обязательства, посредством которых уже профинансированы соответствующие активы кредитных уч-

реждений. То есть денег, которые зафиксированы в этих вкладах, в каждый данный момент времени нет — есть обязательства кредитных учреждений перед вкладчиками на стороне пассивов, и против них есть обязательства на стороне активов получателей этих финансовых ресурсов. Следовательно, эти деньги связаны в виде инвестиций разного рода. Когда же в ходе использования этих инвестиций в хозяйственной деятельности образуются ликвидные деньги, они получают свое отражение в агрегате М1.

В самом общем виде сумма вкладов в составе денежной массы сильно зависит от размера страны, уровня ее развития, проще говоря, от ее богатства, но также от устройства финансового рынка страны, разнообразия и силы финансовых институтов, в которые население может поместить свои сбережения. Для развивающихся стран с неустойчивой экономикой важен еще фактор долларизации экономики. Наконец, как показывает новейшая история России, суммы накопленных срочных вкладов сильно зависит от долговременной стабильности экономики и финансовой системы страны.

В свою очередь, величина М1 в значительной степени зависит от эффективности использования денег во вкладах в качестве инвестиций для увеличения богатства общества. Таким образом, связь между агрегатом М1 и деньгами во вкладах реализуется через хозяйственное использование этих вкладов, в ходе которого возрастает богатство общества и одновременно пополняется массив ликвидных денег. Соотношение М1 и величины ВВП, которая создается при непосредственном участии этих денег, а также поведение полученного показателя в различных экономических ситуациях и его динамика могут представлять интерес для исследователей.

монетизация отключена что делать

монетизация как способ финансирования дефицита бюджета используется

как зарабатывать на ютубе без монетизации

Комментарии запрещены.

Навигация по записям